Миф о волшебной операции
Ох, как же любят защитники абортов этот пример! “А вот вы представьте себе 12-летнюю девочку, ставшую жертвой изнасилования!!! Что же, вы прикажете и ей рожать??? В чем ее вина???” – все это произносится обычно очень эмоционально, с нажимом, с патетикой в голосе… И невольно теряешься, подавленный этими эмоциями и напором. Действительно, изнасилование – тяжелая и трагичная ситуация, сопряженная чаще всего не только с физической, но и с глубокой душевной травмой. Жертва насилия вызывает сочувствие – это естественно и очевидно. Так что же, противники правы и аборт в этом случае оправдан?
Но прежде, чем делать выводы, давайте попробуем отвлечься от НАВЯЗАННЫХ НАМ эмоций и взглянуть на ситуацию со всех сторон.
И самый первый вопрос, который возникнет: а что говорят САМИ ЖЕНЩИНЫ, подвергнувшиеся насилию, а не их “защитнички”? А то получается, что вопрос ставится изначально таким образом, что жертвы изнасилования желают аборта, который призван помочь им “оправиться”, и вся дискуссия сводится к тому, ПОЗВОЛЯТЬ или НЕ ПОЗВОЛЯТЬ им делать аборт? Налицо классическая подмена тезисов!
Понять защитников аборта в этом случае несложно. Далеко не каждый человек способен действительно грамотно и аргументированно отстаивать свою жизненную позицию, а потому он предпочтет выводы, сделанные кем-то до него.
Антонио Грамши, "Тюремные тетради".
"Впрочем, представим себе интеллектуальную позицию человека из народа; она сформирована из мнений, убеждений, различительных критериев и норм поведения. Всякий, придерживающийся иной точки зрения и обладающий более высоким интеллектом, умеет аргументировать свои доводы лучше, чем он, логически "припирает его к стенке" и т. д. Должен ли из-за этого человек из народа изменить свои убеждения, изменить только потому, что в непосредственной дискуссии он не может доказать их правоту? Но тогда ему пришлось бы менять их каждый день, то есть всякий раз, как ему встретится идеологический противник, интеллектуально стоящий выше его. Итак, на каких элементах зиждется его философия, и в особенности та его философия, которая облечена в самую существенную для него форму нормы поведения? Самым значительным является, несомненно, элемент нерационального характера, элемент веры. Но веры в кого и во что? Прежде всего в социальную группу, к которой принадлежит он сам, поскольку она мыслит в общем и целом так же, как он: человек из народа думает, что много людей вместе не могут ошибаться, ошибаться целиком и полностью, как это пытается внушить ему его противник в споре; верно, сам он не способен так хорошо поддержать и развить свои доводы, как его противник, но в его собственной группе есть кое-кто, кто наверняка сумел бы это сделать даже лучше, чем этот его противник; и он вспоминает, что в самом деле когда-то слышал убедившее его обстоятельное, логичное изложение оснований этой его веры. Он не помнит данных конкретных оснований и не смог бы их повторить, но знает, что они существуют, потому что слышал, как их излагали, и был ими убежден. И если эта твердая убежденность была однажды внушена ему, она сама начинает поддерживать себя, даже если потом человек не может найти аргументы в ее защиту."
От себя добавлю, что есть такое волшебное слово: “общеизвестно”. О, как его любят недобросовестные исследователи, публицисты и ораторы! Расчет очень прост. Я слышу, что навязываемая мне идея якобы опирается на некоторые “общеизвестные” или “очевидные” представления. Я, правда, об этих “очевидных” вещах в лучшем случае где-то слышала краем уха, и то, что слышала, было косвенным и неоднозначным. Но… ведь очевидно же, всем известно, все знают, а я нет. Стыдно признаться даже самому себе, что не знаешь “очевидного”. И мозг автоматически “пропускает” этот аргумент, полагаясь только на его диктуемую “общеизвестность”.
Получается, что люди рассуждают о том, чего не знают, о чем лишь имеют свое представление. Зачастую в таких обсуждениях высказываются мнения либо вообще людей, не сталкивавшихся с подобной ситуацией, либо женщин, переживших изнасилование, но НЕ ЗАБЕРЕМЕНЕВШИХ (должна заметить, что далеко не каждое изнасилование заканчивается беременностью – стоит помнить о травматичности насильственного полового акта) о том, как это МОГЛО БЫ БЫТЬ. Но ведь это уже ближе к фантазиям, нежели к фактам. Многие боятся вообще любой беременности, не хотят ее, но, забеременев, резко меняют свое мнение. Так было со мной: я в свое время категорично заявляла, что не желаю детей раньше 30 лет, что я намерена “нагуляться” и “пожить для себя”, пеленки, соски и плачущий младенец в кроватке представлялись мне сосредоточением самых худших кошмаров... Однако, обстоятельства сложились по другому, я забеременела в 21 год (к счастью, не по насилию), родила прекрасного сына и нисколько не чувствую себя несчастной. Реальная ситуация и наше ее ВОСПРИЯТИЕ со стороны (пусть даже с “примеркой” на себя) – разные вещи!
В единственном когда-либо проводившемся исследовании беременных жертв насилия, осуществленном доктором Сандрой Махкорн приводятся вполне реальные цифры: 75 - 85 процентов жертв СОХРАНИЛИ жизнь своего ребенка! Согласитесь, это даже БОЛЬШЕ, чем процент сохраненных беременностей в целом!
Парадоксально? Ложь, подтасовка? Вовсе нет. И если вы дадите себе труд вдуматься в суть ситуации “насилие+беременность”, то поймете – никакого парадокса нет.
Около 70% опрошенных мотивируют свой выбор очень просто: АБОРТ БЫЛ БЫ ЕЩЕ ОДНИМ АКТОМ НАСИЛИЯ над их телами и их детьми. Женщине, пережившей насилие, куда легче понять своего нерожденного ребенка – уж она-то ооочень хорошо помнит, что это такое: беспомощность, невозможность сопротивляться, собственная невиновность в происходящем, боль… Никто не видит параллели?…
Самый распространенный миф, сформировавшийся вокруг изнасилования – это то, что мать всегда будет видеть в ребенке черты насильника и не сможет его принять и полюбить. Не стану говорить, что это совершенно не так (хотя такое восприятие свойственно, но во всяком случае, далеко не всем матерям-жертвам насилия). Но это – лишь одно из проявлений такой действительно серьезной проблемы, как психологическая травма при изнасиловании. А проявлений – МНОГО. В частности, к ним относится страх и неприязнь к мужчинам в принципе. Но, однако, ни один из психологов, помогающих женщине справиться с последствиями изнасилования, не предлагает решать проблему истреблением мужчин, попадающихся на пути пациентки!!! Да даже насильник, если уж на то пошло, по современным законам подвергается всего лишь тюремному заключению, а отнюдь не смертной казни! Речь не ставится и об изоляции женщины навсегда от мужского общества. Нет, психологическая помощь как раз направлена на то, чтобы восстановить ее нормальную жизнь в нормальном обществе. А в случае с ребенком проблему предлагается “лечить ампутацией”, вместо того, чтобы помочь разобраться в себе и полюбить ни в чем не повинного малыша. Это можно сделать, и именно ЭТО нужно делать – всем, кто находится рядом с жертвой, всем, от кого она ждет помощи и поддержки: родителям, подруге, возлюбленному, психологу. Это может быть сложно, но не сложнее, чем справиться с последствиями изнасилования вообще.
Ну, а теперь рассмотрим такой вопрос: а что же, собственно, аборт? Он-то хоть выполняет свою функцию “лекарства” от последствий насилия?
Почему-то все аккуратно “забывают” о том, что аборт – это не какая-то волшебная операция, способная стирать прошлое. Раз – и ты не беременна, но ведь это не означает, что ты НЕ БЫЛА беременна, и не было всего того страшного, что предшествовало твоей беременности. И, ко всему прочему, “доброхоты” также “забывают” о процессе аборта, который сам по себе – операция, акт напряженный, часто травмирующий, почти всегда болезненный (несмотря на воспеваемую ныне анестезию) или, как минимум, сопряженный с неприятными физическими ощущениями. Причем – с ощущениями именно в той области женского тела, которая совсем недавно подверглась унизительному и болезненному акту изнасилования! Задумайтесь… Незнакомое и неуютное место, неудобная, неестественная и унизительная поза в кресле с раздвинутыми ногами, незнакомый человек в маске (часто мужчина), что-то делающий с тобой ТАМ… А у наркоза свои минусы – женщина теряет контроль над происходящим и становится совершенно беспомощной. Как только операция начата, от женщины, ее желания/нежелания уже ничего не зависит, и если вдруг она занервничает, попросит остановиться, скажет, что передумала, что не хочет – что она услышит? Правильно, что думать нужно было раньше, а теперь уже поздно и что нужно закончить процедуру.
Это чисто физические аспекты. А если смотреть с точки зрения бессознательного: и в первом, и во втором случае женщина ощущает, что ее чего-то лишают. В первом случае – чистоты (не обязательно девственности, но, скажем так, половой неприкосновенности, хотя эта формулировка не идеальна), во втором случае – материнства, ребенка как частички ее тела. Эта основанная на опыте ассоциация между абортом и сексуальным нападением имеет большое значение для многих женщин. Поэтому, как показывает опрос, жертвы изнасилования переживают аборт гораздо тяжелее, чем другие женщины.
Нельзя забыть и еще вот о каком аспекте аборта. Часто после него женщина в большей или меньшей степени испытывает определенный набор чувств: вины, ощущения себя “грязной”, ей кажется, что окружающие втайне осуждают ее, неприязни к мужчинам (вот, это все из-за него, конечно, ему-то что!)… Опять же, ничего не напоминает?… И как вы думаете, КАКИМ ОБРАЗОМ УСИЛЕНИЕ ОДНОГО ОТРИЦАТЕЛЬНОГО ПЕРЕЖИВАНИЯ ДРУГИМ (АНАЛОГИЧНЫМ!!!) МОЖЕТ ПОМОЧЬ ЖЕНЩИНЕ???
А что же беременность? Ведь не будем же мы отрицать, что она напоминает о случившемся, являясь его прямым следствием. Да и жизнь жертвы с рождением ребенка изменится, часто не в лучшую сторону, ведь она же ни в чем не виновата...
Опять же, спросим у жертв. И большинство вам ответит - я лучше, чем насильник! И я докажу это - вам, ему, себе... Он шел на поводу инстинктов и эгоизма - я буду самоотверженной и щедрой. Он отнимал - я подарю (жизнь). Он был груб и жесток - я буду нежной и любящей. Я - ЛУЧШЕ! Я - НЕ ТАКАЯ!!!
Это и есть - лечение тяжелой психологической травмы. А вовсе не попытка все забыть и жить как прежде. Любой психолог вам скажет, как опасны вытесненные, задавленные воспоминания. Забыть - не значит вылечиться. Вылечиться - значит ПРЕОДОЛЕТЬ.
Так что задумайтесь. Почему те, кто должен помогать вам преодолевать беду, так охотно толкают вас на аборт? Я не хочу никого конкретно обвинять... но мне все чаще кажется - кому-то просто невыгодно, чтобы мы становились лучше и сильней. Куда как проще - доломать окончательно, а потом лицемерно развести руками - ну что ж, травма от изнасилования оказалась слишком сильна, ДАЖЕ аборт не помог все забыть и вернуться к нормальной жизни... Кто знает... не лежит ли где-то в глубине этой ситуации хорошо замаскированное изначальное предубеждение против жертв насилия, мол "сами виноваты". Это может объяснить желание "решить" проблему "проще и быстрее", вместо того, чтобы действительно помогать, в том числе материально, социально и психологически, будущей матери.
А может быть, вас просто приносят в жертву те, кому так важно доказать любой ценой правомерность и полезность аборта вообще? Доказанное “благо” аборта после изнасилования – маленькая трещина в плотине. Потом через эту брешь-послабление просочится больше и больше ситуаций (уже не столь критических), в которых аборт будет считаться необходимым, а там – дойдет и до необходимости сделать аборт, если беременность вызывает у вас меланхолию. Вам предлагают сделать ЧУЖОЙ аборт! Аборт, который оправдает другого человека!
Милые женщины, которым выпало такое испытание! Прежде, чем прислушиваться к словам "доброхотов", прислушайтесь к себе. Ну неужели маленькое существо внутри вас чем-то напоминает того подонка? От него у малыша - одна-единственная клетка, все же остальное даете ему Вы. Половина генов его - ваши, и не надо верить в страшные истории о дурной наследственности: ваше дитя вырастет похожим на вас и будет таким, каким Вы его воспитаете. Ваш малыш уже сейчас любит вас больше всего на свете!
Удачи вам и сил!
Статья подготовлена по материалам сайта http://www.afterabortion.org/rape.html
